АНОНС конкурса "Ветер вольных вод"
/ АП Творческие конкурсы /
БОЛЬ ЗЕМЛИ
/ АП Текущий момент /
Сейчас на сайте 1669 человек
Кто онлайн?
Популярное
Новые авторы
Присоединяйся
twitter
youtube
Нет статуса

Автор: Эдвард
Тема: Мистическая проза
Опубликовано: 2017-01-19 12:27:13
Автор не возражает против аналитического разбора и критики в рецензиях.

Любовь сквозь измерения.

Они встретились на переходе улиц Прорезная и Пушкинская. Он поддержал ее за руку, когда каблук, несколько выше размером, чем необходимо на его взгляд, взял и надломился. Молодая женщина споткнулась и, наверное, упала б, но Владимир подхватил незнакомку под руку и… и все закончилось благополучно. А может ей ничего и не угрожало, но случай родил повод, а тот стал тем толчком, который предопределен в нашей жизни судьбой.
       Дивный сентябрь дарил окружающему миру неповторимое очарование. Солнце, проявляя осеннюю снисходительность к жителям города, уже умерив свой буйный августовский разгул, лениво посматривало с небосвода.
     – Как же я теперь? – в замешательстве посмотрела на Владимира незнакомка, невольно делая его соучастником приключившейся катастрофы. – Мне к подружке – сегодня мы должны закончить главу из романа.
     – Да, дела-то! – отреагировал тот с готовностью. – Вам далеко? Моя машина припаркована 100 метров отсюда.
     – Не очень… На Замковой горе.
     – Я, Владимир! – представился он.
     – Виктория! – кокетливо передернула плечами девушка и улыбнулась.
     – Красивое имя! Я раньше нигде не мог вас видеть? – спросил он вдруг.
     – Не знаю! – отреагировала та, несколько загадочно и взглянула на него, как-то по-особенному.
       Владимир не заметил и произнес с улыбкой:
     – Такое впечатление, что я недавно вас видел… но, где?..
     – Вы так со всеми девушками знакомитесь? – усмехнулась она и ее взгляд опять затянуло дымкой загадочности и какой-то недосказанности.
     – По-разному бывает, – признался Владимир. – Но, все же, нет! В смысле я не знакомлюсь от нечего делать!
       Они подошли к «BMW» стального цвета – 2005 года.
     – Прошу! – открыл он дверцу, помогая ей усесться поудобней. – По дороге заедем в мастерскую. Если подождете полчаса, возможно обретете твердую опору, – предложил Владимир.
     – Спасибо! Времени нет да, и мобилку забыла, так торопилась.
     – Не можете позвонить подруге, предупредить что задерживаетесь?
     – Вы догадливый! – отреагировала Виктория.
     – Номер помните? Позвоните! – протянул он ей свой смартфон.
       Она взяла его и, нажав несколько кнопок, замерла в ожидании. С той стороны никто не отвечал. Виктория опять набрала уже другой номер: ответили сразу.
     – Привет! Я чуть задержусь: приеду, объясню!
       Кто-то что-то ответил, и она отреагировала несколько натянуто:
     – Скажи: он сам разберется!
       Видимо, с противоположного конца поступило еще какое-то известие, потому что Виктория резко ответила:
     – Я этого не допущу! Все! Говорить не могу! – и отключилась. – Извините! Редактор торопит с романом, опаздываем мы!
     – Что за роман, если не секрет?
     – Не секрет, но говорить о нем все же преждевременно.
     – Да, ничего, я так… для поддержки разговора.
       Он свернул с Пушкинской на Прорезную и, проехав несколько десятков метров, остановился.
     – Давайте свой туфель и посмотрите пока журнал «Men hels». Я – быстро!
       Виктория хотела было возразить, но глядя на его заботливый вид, передумала.
       Владимир вбежал в угловую обувную мастерскую: там работал товарищ, вернее друг его хорошего знакомого. Уже минут через двадцать, садясь в машину, подал Виктории туфель.
     – Будет вечно держать – поставили новый каблук.
     – Ой, какая вы умница! – воскликнула обрадованная Виктория. – Сколько я вам должна?
     – Нисколько!
     – Как нисколько?.. Я знаю, что это дорого!
     – Не волнуйтесь, там знакомый работает – поставил дешево!
     – И все же?
     – Разрешите пригласить вас на чашечку кофе, когда будете свободны от романа, и я рад просто пообщаться с вами.
     – Так, все же это форма знакомства! – почему-то укоризненно глянула на него Виктория.
     – Ну, о том, что у вас сломается каблук, я не мог знать – рассмеялся Владимир. – Так что, никакого расчета в моих действиях нет. Так вышло…
     – Да, конечно! – прервала она его поспешно. – Спасибо! Если бы не вы, я, наверное, упала бы и босиком сейчас куковала где-то в поисках такси. – Без всякого перехода она неожиданно спросила: – Когда и где пьем кофе?
     – Дама выбирает! Подъеду куда удобно и привезу, куда вам захочется!
     – Даже так?
     – Только так!
     – Завтра в 6 вечера, вот на этом месте, – она указала пальцем на обочину мостовой возле старого кирпичного строения. – Мы приехали! – добавила тут же.
     – Так быстро? – немного обескуражено отреагировал Владимир.
     – Здесь живет моя подруга. Останусь у нее до завтра – нужно закончить главу романа. Спасибо вам огромное, – выходя из машины через предупредительно открытую им дверь, поблагодарила Виктория Владимира.
     – Не за что! Рад знакомству! Так, до завтра?
       Она кивнула и, подождав, когда машина тронется с места, помахала ему вслед.
       Виктория вошла в подъезд и поднялась по ступеням на четвертый этаж. Подойдя к двери с № 66 девушка, без стука вошла в квартиру.
       Весь следующий день Владимир пребывал в приподнятом настроении. Он шутил, балагурил в авторемонтной мастерской: работа спорилась в руках. По образованию молодой человек был журналистом, но настали времена: журналистикой прокормиться стало невозможным, и он с друзьями открыл авторемонтную мастерскую.
       Владимир с детства любил технику и на журналистику пошел по настоянию матери. Она хотела, чтобы сын продолжил дело отца, погибшего в Грозном при съемке репортажа о войне в Чечне. Владимир был весь в отца, и мать хотела видеть в нем, то, что навсегда утратила. Он не разочаровал ее: статьи были интересны, злободневны и остры. Но с приходом новой, далеко не народной власти, жить стало намного труднее. Именно тогда, Владимир и открыл с друзьями Серегой и Гошей автомастерскую. Дело заладилось. Они были хорошими автомеханиками и работу делали на совесть.
     – Чего это ты светишься? Никак влюбился? – поинтересовался Гоша, поглядывая на друга.
     – Не знаю. Встретил вчера девушку… Что-то в ней особенное.
     – Понятно! Так-таки сразу и особенное!
     – Познакомлю – сам убедишься!
     – Не боишься? – отреагировал Гоша. Он был красивым высоким парнем, моложе Владимира на несколько лет.
     – Ты же не обидишь старика? – рассмеялся тот. – Да, еще и друга.
       На пороге мастерской внезапно появился черный пушистый кот и окинул сверкающими агатовыми глазами друзей.
       Владимир заметил гостя и вылез из ямы. Он не спеша приблизился к нему и осторожно протянул руку. Кот не испугался, а, наоборот, потерся головой о пальцы. Владимир любил животных, особенно котов и собак. Уже более свободней, он почесал ему за ухом и погладил. Кот замурчал и стал тереться о руку.
       Глядя на них, Гоша заметил:
     – Черные коты – не к добру.
     – Ерунду несешь, друг мой, Гошка! – отреагировал Владимир и, обращаясь к коту, спросил с улыбкой: – Правда он ерунду несет, котик? Как тебя зовут?
       В ответ тот опять замурлыкал и потерся о руку.
     – Назову тебя Мурлыка. Нет... – Мурчик-Мурлыка! Дам тебе двойное имя, как положено у благородных особей! – произнес Владимир и, взяв животное на руки, погладил.
       Гоша смотрел на друга и скептически пожимал плечами.
       Из второй ямы, на которой стояла «Аudio», появился Сергей – третий напарник и друг детства.
       Глядя на Владимира и кота, спросил у Гоши:
     – Что это с ним? Он, прямо светится!
     – Да вот кота встретил! – пошутил тот. – Посмотри привод, что-то он мне не нравится.
     – Есть шеф – отреагировал Сергей и сменил напарника в яме под «Audi».
       А тот подошел к Владимиру и погладил четвероногое существо. Продолжая мурлыкать, кот потерся и об его руку.
     – Прелестная кошечка! – погладил он пушистика.
     – Ты сразу распознал, а Гошка нет! – улыбнулся тот.
     – Видно по ней, кошечки более ласковые чем коты, – отреагировал Сергей и окликнул друга в яме.
       Ворча что-то под нос, Гоша вылез наружу и подошел к ним. Обведя взглядом друзей, Сергей сообщил не очень приятную новость, точнее, совсем неприятную:
     – Приходила братва, предлагала продать автомастерскую!
     – Не понял? – поднялся с корточек Владимир. – Когда приходили?
     – Вчера! Ты был в центре, а Гоша ездил за подшипниками для кардана.
     – И?.. – спросил Гоша.
     – Оценили мастерскую в 35 тысяч долларов: предложили 10, но сразу!
     – Во-первых, мастерскую никто не продает… – возмущенно отреагировал Владимир.
     – Это и я сказал! – прервал его Сергей. – Но меня предупредили: не продадим – родственников закатают в асфальт!
     – Чьи они? Киевские? – спросил Владимир. – У меня через журналистский корпус есть выходы на местную братву.
     – Нет, донецкие, точнее из Енакиево. Дело худо. Они предупредили, что ответ нужно дать сегодня в четыре дня.
     – Это по какой шкале они оценивали мастерскую? Наша мастерская с подъемниками стоит не менее 120 тысяч долларов. Да, и не входит в мои планы продавать ее.
     – Они бандиты, Володя! Причем бандиты без понятий, рожденные совсем другой системой. Для них, даже известные нам по прошлым временам воровские законы – не существует! Это беспредельщики, как и их пахан сидящий в кресле страны!
     – Я не отдам мастерскую! – отреагировал Владимир.
     – И я тоже! – поддержал Гоша.
     – Да, и я, как вы понимаете, не горю желанием отдавать. Но вы холостые, а у меня семья. Вика уже знает, я сказал.
     – И что?
     – Просит не ввязываться! Двое детей, ведь.
     – Давай, так! Я подтяну своих из клуба, а ты, после обеда езжай домой!
     – Ну, нет! Вы за кого меня принимаете?
     – Так, Вика…
     – Это она так сказала, и я ее понимаю, но вас я не оставлю! Да, и разговор они вели со мной!
       Мастерская у друзей – в равных паях, но Сергей был старше всех и его выбрали директором. Поэтому Гоше и Владимиру было понятно, что тот не уйдет.
     – Ладно!
       Во время разговора кошечка терлась о ноги Владимира и мурлыкала. Тот между разговором иногда наклонялся и гладил ее, словно успокаивать было нужно не его, это существо.
     – Жаль, только… – Владимир запнулся.
     – Что? – Спросил Сергей.
     – Да встреча у меня в 18.00 вечера.
     – Наконец-то! – неадекватно отреагировал Сергей! – Я уже думал, что это никогда не произойдет!
     – Ну, ты скажешь! – обескуражено повел плечами Владимир.
     – Как уехала твоя Кэт с этим американцем, ты ни с одной девчонкой не встречался! – укоризненно покачал головой друг.
     – Да, не тянет как-то!
     – Пять лет, а все переживаешь? Если Кэт поменяла тебя, такого симпатичного и спортсмена на тот кусок денег, то не стоит она, чтобы о ней так долго расстраиваться.
     – И я ему об этом миллион раз говорил! – отозвался Гоша, что-то замеряя штангенциркулем. – Скажи: она красивая?
     – Она, ангел! – произнес Владимир с чувством, и друзья все поняли: можно было не продолжать.
     – Тогда, нужно расшибиться в лепешку, а на встречу с ангелом попасть! – рассмеялся Сергей.
       Что-то мяукнув, четвероногая пришелица, шмыгнула в ворота мастерской и исчезла.
     – Попрощался! – улыбнулся уже Гоша.
     – Попрощалась! – рассмеялся Владимир – Это кошечка!
     – Вечно к тебе Вовка все кошечки и собачки льнут.
     – Чувствуют хорошего человека! – подчеркнул Сергей. – Ты заметил, что животные не ко всем ластятся? Только к тем, у которых чувствуют доброту!
     – Ко мне не очень лезут, хотя я их не обижаю!
     – Не обижаю и люблю животных – две разные величины.
     – Ну все, поехало! – усмехнулся Гоша и опять взялся за штангенциркуль.
       Минут через двадцать Владимир перезвонил в клуб и попросил нескольких друзей прийти подстраховать в мастерскую. Он не скрывал, что разговор будет неприятный, но друзья, на то и друзья, чтобы помочь в сложную минуту – откликнулись без колебаний.
       Затем набрал номер Виктории. Спросив о здоровье, главе из романа, Владимир сообщил, что возможно задержится ненадолго и попросил не обижаться.
     – Да, я у подруги, когда заедешь, тогда и будет. Попьем кофе чуть позже!
       Такое понимание обрадовало Владимира и, тепло попрощавшись, он взялся за «Audio». В ней барахлила коробка передач, и, вникнув в неисправность, провозился почти до 15.30.
       Именно в это время и подошли несколько спортсменов международного класса по тхэквондо. Все – заслуженные мастера, не раз выступали за сборную Украины. Владимир тренировался с ними, был мастером спорта, но на первенствах уже не выступал. Журналистика – стала его хлебом и призванием. Тем не менее, два раза в неделю он посещал спортивный клуб, не пропуская тренировок.
       Братва подъехала через минут 20, на четырех машинах. Сколько их? – трудно было сказать, но вошли двое: остальные остались снаружи.
       Старший, немолодой мужчина лет сорока пяти, был невысокого роста, но крепкого телосложения. Он огляделся. Заметив, кроме владельцев мастерской, трех ладно скроенных ребят, что-то сказал напарнику и тот вышел.

     – Ну что? Решили? – без обиняков подошел он к Сергею.
       Тот, кивнул:
     – Решили! Мастерскую мы не продаем и в ближайшем времени – это не входит в наши планы.
     – Хорошо подумали?

     – Вполне! – отреагировал Сергей.
     – Мы не исключали подобного. Тебе будет интересно узнать, что твоя Татьяна у нас в машине, а твоя мать, – глянул он на Владимира, – Екатерина Александровна, сидит у вас дома в компании «твоих друзей» и поит их чаем?
     – Что с ними? – переспросил, холодея Сергей.
     – Пока ничего! Подпишем бумаги, получите свои десять кусков баксов и все пройдет, как кошмарный сон.
       Прозвонил мобильник Владимира. Пораженный новостью, он не ответил. Но тот опять перезвонил.
     – Ответь! Не заморачивайся! – посоветовал уверенный в себе крепыш.
       Владимир нажал кнопку и услышал голос матери.
     – Сынок! Были твои друзья, я напоила их чаем и они ушли минут 20 назад!
     – Мам, ушли? – это сорвалось непроизвольно, но крепыш понял.

       Он мгновенно набрал какой-то номер, но оттуда послышались гудки. Он еще раз нажал кнопку вызова, но ответа не последовало, а мать пояснила Володе:
     – Их, кто-то позвал наружу и они вышли.
     – Я скоро буду! Если с нашими близкими что-то случиться, пожалеешь, что на свет родился! – выдавил он деланно спокойно, переведя взгляд на предводителя.
     – Полегче, пацанюра, я таких как ты!.. – отреагировал тот, все пытаясь дозвониться до тех, кто был у матери Владимира.
       А у того зазвонил телефон, и это опять была мать.
     – Сынок!.. – послышался полный ужаса голос. – Сынок, твои друзья лежат на улице, невдалеке! Мертвые! Кто-то прямо порвал им горло! Понаехало милиции.
     – Мам, сиди дома и никуда не выходи! Мобилку держи при себе, я чуть позже заскочу на пару минут!
     – Что происходит? – крепыш бросил подозрительный взгляд на Владимира.
     – Я перед тобой должен давать отчет? – отреагировал тот зло.
     – Ты, чо?.. Пацан?.. Не знаешь, с кем разговариваешь? Забурел? – отошел на несколько метров бандит. – Да, я порву вас на куски! Подписывайте бумаги, не то твоя старуха и твоя сука, – он ткнул пальцем в Сергея, – кровью умоются!
     – Это ты зря!
       Тело Сергея метнулось почти одновременно с выстрелом. Но еще быстрее пролетел разводной гаечный ключ, который метнул Владимир. Железный предмет попал по руке главаря, и выстрел ударил мимо, дзинькнув пулей по металлической обшивке стены.
       В следующую секунду в мастерскую ворвалось шесть громил с битами в руках. Первый удар пришелся по лобовому стеклу «Audi». Трещины рассыпались паутиной, дробя его на мелкие частицы. Второй удар – нанести не получилось: громила, взмахнув руками, кубарем покатился в сторону ворот. Приземлился неудачно: ключица торчала из-под куртки, словно, оглобля из телеги. Вопль заглушил крики подельщиков, бывших не в лучшем положении.
       Мастера спорта не зря получали свои звания и занимали призовые места на международных первенствах. Не прошло и пять минут, как восемь человек лежали снаружи, а новая волна бандитов уже мчалась, вытаскивая на ходу пистолеты. Друзьям небыло времени координировать свои действия и, подняв в руки биты нападавших, они устремились навстречу. Использовать огнестрельное оружие братва не успела. Молниеносные удары защитников предотвратили кровопролитие.
       Побоище было ужасное. Высокий забор скрывал от посторонних глаз происходившее, но крики и шум подняли на ноги весь квартал. Ребят из автомастерской соседи знали и уважали за аккуратность, вежливость и спокойствие. Трудятся, зарабатывают на жизнь, слывут хорошими мастерами, часто помогают по разным вопросам, и это было для них лучшей характеристикой. Соседи знали, что мастера с характером и понимали: по-другому сейчас нельзя. Недавно отстояли от барыги-участкового старушку Нину Карповну. У той сын-чернобылец, умер полгода назад от белокровия. Участковый хотел у нее выдурить дом, подослав риелторов-прохиндеев. Уже и документ состряпали, да старушка засомневалась в последний момент. Участковый пришел и начал угрожать. Та возьми и пожалуйся директору мастерской, Сергею. Они переговорили с капитаном. О чем?.. Ребята не сказали, но с тех пор тот Нину Карповну обходит стороной, а они взяли над ней шефство и часто привозят, то продукты, то лекарства, а месяц назад – новый телевизор купили, в общем, помогали.
       Так вот, местная публика сразу смекнула, что друзья на дорогих машинах в таком количестве не приезжают, тем более, к вполне скромным ребятам, и милицию не стали вызывать, а сами вооружились. Кто вила взял, кто грабли, а дед Степан прибежал и вовсе с ружьем. Когда начались крики во дворе, и через минут десять подъехало еще три машины – соседи перегородили им дорогу. Они вполне резонно решили, что Сергей, Гоша и Владимир с друзьями из «Клуба», сами управятся с теми, кто внутри, а приехавших не пустили. Те пытались прорваться… Угрожали, но дед Степан был старый партизан и не таких видал «шлеперов».
       Между тем, во дворе битва переросла в побоище. Братва была не лыком шита и тоже, кое-что умела. Но главное, у них была заложница – Татьяна. Главарь пришел в себя от удара какого-то дружка Владимира, и, пробравшись к «Merсedes» с женой Сергея, приставил к виску несчастной пистолет и заорал:
     – Бросай биты, иначе башку ей продырявлю!
       Больше он ничего не успел сказать: метнулась черная тень, и когтистая лапа какого-то существа, полоснула по шее. Из артерии фонтаном ударила кровь. Никто из присутствующих ничего не понял. Потом появилось еще несколько таких же теней и все повторилось. Три человека упали на землю с разорванными глотками. Татьяна забилась на заднем сидении и от ужаса не в силах была вымолвить слово.
     – Все! – крикнул один из нападавших. – Все! Сейчас менты понаедут! Разойдемся пока! Потом разберемся!
       Владимир кивнул друзьям и те прекратили контратаку, которую уже нельзя было назвать таковой, потому что братва потерпела позорное поражение.
     – Забирайте хлопцев! – кивнул новый руководитель на трупы, вытирая со лба кровь.
       Уже на выходе он глянул на Владимира с Гошей и Сергеем и бросил:
     – Не завидую я вам. Мы вернемся! За этих… – кивнул в сторону убитых, – ответите перед паханом!
      – Не мы к вам, а вы к нам приперлись! Здесь вам лафа не оторвется так и передайте! – отреагировал Владимир и, остановив братка, достал из его кармана бумажник. Отсчитав из него 600 долларов за разбитое лобовое стекло «Audio», он остальное сунул назад ему в карман.
     – Ну-ну! Посмотрим! – промычал тот нечленораздельно.
       Через пол часа на дворе уже никого не было, а следы крови засыпали песком.
       В воротах появился дед Степан с берданкой.
      – Помощь больше не нужна, мальчики?
       Обнимавший дрожащую супругу Сергей, только покачал отрицательно головой, а Владимир подошел к старому партизану, и, пожав ему крепко руку, сказал с чувством:
     – Спасибо, деда! Помогли!
     – Да, чо уж мы. Сами вон скока наворочали, мы так, больше для поддержки.
     – Вот, за это и спасибо, – улыбнулся Гоша. – Не сдержи вы те три машины, неизвестно чем бы все закончилось! – И тут же обернувшись к Владимиру и Сергею, спросил недоуменно: – Но вы понимаете, что у нас произошло? Что-то из ряда вон выходящее?.. Что это за тени, спасшие Татьяну?
     – Не знаю! – отреагировал Владимир, но решил рассказать: – Дома у мамы было три человека – моими друзьями представились. Попросили подождать в квартире, а потом их кто-то вызвал. Через 20 минут мать звонила, что им рядом кто-то разорвал глотки. Нужно съездить успокоить ее.
     – Поезжай! Думаю, эти – пока не воротятся! – кивнул Сергей, никак не реагируя на его слова.
       Он был человек трезвого рассудка и решил разобраться, когда все успокоится: завтра, например.
     – Сейчас, главное: ты должен съездить домой и попасть на свидание – разбор ситуации утром.
       Владимир заехал домой к матери и, успокоив ее, как мог, отправился на загадочное свидание.
       Уже сидя в ресторане «Ришелье», он рассказал Виктории о случившемся. Правда, поведал очень мало, ровно столько, чтобы оправдать свое опоздание на 20 минут. А Вика, словно чувствуя его состояние, не расспрашивала, лишь смотрела на него, каким-то особенным взглядом.
       Разговаривали о разном. О жизни, о том, как стало тяжело в стране: все крутилось вокруг бытовых проблем, а Владимиру хотелось переключиться на личности. – Кто она? – не первый раз задавал он мысленно вопрос. Он ничего о ней не знал, а так хотелось. Стройная, красивая брюнетка с правильными потрясающими чертами лица, пухлыми губами и глазами… Последние, были дико завораживающими. Почему дико? Потому что Владимир не мог ни с чем их сравнить. Их глубина, словно Космос, манила в свою бездну. Завлекала, какой-то загадочной таинственностью – если можно так выразиться. Он владел филологией в совершенстве, как-никак журналист, но подобрать слова, чтобы дать ей оценку – затруднялся.
       А Вика больше слушала и лишь изредка отвечала на вопросы. Загадка при встрече, загадка вначале вечера, она стала еще большей загадкой, когда часы показали 23.00. И именно в это время Виктория, сославшись на загадочный роман и все ту же 2 главу, заторопилась домой!
     – Ты весь вечер смотрела на меня, как-то не так? Не твой вкус?

     – Мой! – односложно ответила она и лукаво улыбнулась.
     – И?.. – заинтригованно заглянул он в бездну ее глаз.
     – Я таких людей не встречала за свою долгую жизнь! – загадочно ответила она.
     – Долгую? Сколько мадам лет? – пошутил Владимир. – Он вдруг понял, что влюбился по уши. – Такое, может быть за два дня? Я знаю ее только два дня! – эта мысль приводила в смятение.
     – Не корректно задавать даме такие вопросы, – рассмеялась она. – Сколько ты дал бы?
     – Все, что есть на свете!!!
     – Даже? – поняла она его намек. – Я о возрасте! – уточнила тут же.
     – Ну-у! – протянул Владимир, хитро улыбаясь. – Лет 25 – 26, хотя выглядишь ты на лет 18.
     – Спасибо! – По-прежнему, лукаво глядя на него, она сказала: – Возможно, 25, может и 26, но… – Виктория сделала паузу.
     – Но? – переспросил он.
       Вика окинула его взглядом, словно решаясь что-то произнести, или, во что-то посвятить, но, напустив таинственный вид, произнесла:
     – Мне очень, очень много лет – ты даже не представляешь: сколько…
     – И сколько же?
     – Целых 27!.. – рассмеялась вдруг она!
     – Нет, серьезно!.. – заражаясь ее смехом, рассмеялся и Владимир.
     – Я серьезно! Не веришь? – она кокетливо повела плечами.
     – Нет! Тебе 18 лет – может 16 и…
     – И?..
     – И, ты очень красивая! Я еще не встречал таких, как ты!
     – В 16 лет романы не пишут! – Не акцентировала внимания на его фразе о своих внешних данных Вика, но глаза сверкнули странным агатовым блеском.
     – Пишут! Все же, как он называется?
     – Завтра расскажу, сегодня уже поздно! – заторопилась она домой, вернее, к подруге.
     – Значит, завтра я могу рассчитывать на нашу встречу? – с надеждой переспросил Владимир, когда они подъезжали к дому подруги.
     – А ты не хочешь? – лукаво улыбнулась Вика.
     – Честно говоря, я думал тебе со мной скучно!
     – Скажешь, тоже! – прозвучало опять загадочно, и Вика, уже готовясь выйти из машины, вдруг наклонилась к нему и поцеловала в губы.
       От захлестнувших чувств, Владимир не мог вымолвить слова. Только смотрел на нее, а Вика еще раз поцеловала и, уже стоя на пороге, помахав рукой, исчезла за дверями.
       Спустя непродолжительное время на лестничной клетке появился черная кошечка. Она потянулась и, мяукнув, не спеша устроилась поудобней на подоконнике. Замурлыкав, грациозное четвероногое стало осматривать крыши домов. Луна заглядывала в открытое окно: ничего не нарушало умиротворяющую идиллию. Но вот дверь квартиры Вики приоткрылась и вышла молодая красивая брюнетка.
     – Я готова! – игриво глянула она на кошечку. – Идем прогуляемся!
       Та опять потянулась, и ее правая лапка забавно протянулась к Луне, словно указывая на бесконечную черноту ночного неба. Брюнетка в ответ только рассмеялась.    
       Эту ночь Киев запомнит на долго. Буря захватила все Левобережье и неистовала почти до утра. Особенно пострадали Харьковская, Поздняки, Осокорки. Раскаты грома сотрясали округу, а молнии сверкали, словно наступил Апокалипсис, который ожидали 21 декабря. Владимир и Сергей спали тревожно. Были опасения, что бандиты могли сделать ночью налет на автомастерскую и, либо разгромить, либо поджечь. Гоша остался дежурить на ночь внутри и, судя по всему, на этот раз беда миновала: видимо, братве сейчас не до них.
       Следующее утро было непростым. Нужно принимать срочное решение: что делать? Обращаться в милицию – бесполезно. Преступный мир давно сросся с правоохранительными органами и начальники в погонах крышевали, а иногда, и руководили проведением целых операций в уголовной среде. Даже сейчас не трудно было догадаться, что к этому налету, скорее всего, имел отношение участковый. Не исключено в отместку за Нину Карповну.
       Владимир пришел первым и принес Гоше еду. Тот как раз включил телевизор и слушал новости.
       Бед ураган принес много. Пострадало несколько супермаркетов «Пирамида», «Велика кишеня», снесло киоски. По TVi и ASTVI – дикторы сообщили, что буря зародилась в районе Труханового острова. Переместившись к Лысой горе, она половину ночи, словно висела над этим местом, а, затем, ринулась на Левобережье. Но не это главное, что привлекло внимание друзей: утром, в 4.00 – Киев поспешно оставили многие авторитеты криминального мира. Почему? Никто не знал. Строили лишь догадки, об отпоре, который те получили в ответ на захват предприятий. Кто дал отпор? Тоже трудно представить. Просочилось: немало людей этой группировки были уничтожены неизвестно кем. Машины ушли на восток Украины, в сторону Донецка.
     – Кажется, это наши рекетиры! – недоуменно глянул Гоша на друга.
       Вошел Сергей.
     – Слушай, Серж! – кивнул Владимир на телевизор.
        Там еще раз повторили, о загадочной гибели ряда членов крупной группировки и переезде ее из Киева на Восток страны. Друзья не знали, что и думать. Они поняли, что проблема разрешилась сама собой, но бдительность решили не терять.       

       Мурчик-Мурлыка появилась неожиданно и провела в мастерской несколько часов. Владимир взял из дома молоко, и гостья выпила почти половину литровой бутылки.
     – У нее сегодня жажда, – удивленно констатировал Гоша.
     – Просто любит молоко, – усмехнулся Сергей, а Владимир, погладив Мурчика-Мурлыку, залез под капот «Audio».
        В полдень он перезвонил Вике, но та не ответила. Кошечка в это время мирно мурлыкала у его ног. Работа спорилась. Настроение, вследствие загадочного исчезновения братвы, и, снятии основной проблемы, было отменное.
        Владимир не мог забыть поцелуй Вики, и не мог дождаться вечера. Та позвонила ему около 16.30.
     – Я сегодня одна: Соня уехала в Бровары к матери – будет утром. Могу напоить тебя кофе, если ты, конечно, не пожелаешь куда-то прогуляться.
     – Пожелаю? Я желаю быть с тобой! Просто, посидеть поговорить. Музыка хорошая есть?
     – Обижаешь! У Сони лучшие блюзы и последний «Ориген».
     – Тогда, все в порядке! – рассмеялся Владимир.
       В 18.25 – он уже стоял у дверей и нажимал на звонок. В руках самый вкусный и дорогой торт, который ему удалось найти, и огромный букет цветов.
       Вика сама спустилась к нему. На ней было красивое белое платье с серебряной оборкой. Владимир видел такое по телевизору на показе Парижской моды неделю назад.
       Очаровательное лицо светилось, а полуоткрытые в улыбке губы, могли свести с ума.
       Без всякой чопорности она поцеловала его в щеку, и они поднялись на четвертый этаж.
       В комнатах чисто и уютно. Старинная мебель, картины русских и голландских мастеров, а по углам стояли большие бронзовые статуи скульпторов Клодиона, Фальконе и Моро. В гостиной красовался огромный лепной камин, на котором высились ампирные часы в виде несущейся вперед античной колесницы. Времен I-й Империи стол, строгой формы с золоченными бронзовыми фигурами в форме кариатид, был сервирован фарфоровым кофейным сервизом Императорского завода.
       Вика включила Френка Дювала и пригласила Владимира за стол. Она хлопотала, разрезая торт на мелкие кусочки. Он хотел сам взяться за нож, но та отказала ему в этом, со смехом поведав, что всю свою жизнь любила сладости и не представляет, как без них можно обойтись.
     – Я тоже люблю сладкое – мама с детства меня баловала! – признался Владимир.
     – У нас оказывается много общего! – произнесла она и присела напротив.
       Ее роскошные волосы красиво ниспадали на плечи, а короткое, облегающее белое платье, столь подчеркивало формы, что у него даже пересохло в горле.
       Догадываясь о его состоянии, она слегка улыбнулась и налила из кофейного чайничка ароматный напиток.  Кусочек сахара, осторожно взятый золотыми щипцами, тоже последовал в, оправленную густым золотом, чашку.
     – У тебя здесь столько всего изысканного… Откуда?
     – Подруга из древнего рода – по наследству досталось!
     – Какого? – невольно вырвалось у Владимира, и он, тут же попросил прощения за любопытство: – Извини! Не мое дело…
     – Да, ничего… в этом ничего нет. Вещи действительно красивые, мы с подругой привыкли к ним за долгие… – она запнулась и тут же добавила с улыбкой: – за долгие десять лет. Видишь, вот и выдала свой возраст. Мне точно не 18!
       Владимир взял изящную руку и погладил ее пальцы.
     – Ты такая… – слов у журналиста не хватало. – Ты такая… Почему я раньше тебя не встретил?
     – И что было бы? – перевела она от чашки с кофе на него взгляд.
     – Не знаю! Но я бы кричал на всю Вселенную от счастья видеть тебя и разговаривать!
     – Мой Владимир романтик?
     – Твой? Я не ослышался?
     – Ну-у, раз ты здесь и мы с тобой вместе вот так беседуем, чей ты? Мой, на сегодня? Или нет?
     – Я хочу быть всегда твоим! – вырвалось у него внезапно.
     – Я боюсь этого! – прошептала Вика. – Ты не представляешь, как я этого боюсь.
     – Я такой страшный? – не понял Владимир.
     – Нет, глупый! – она улыбнулась, как ему показалось через силу. – Глупый, потому что говоришь такое. Ты не можешь быть страшным. Ты… ты, знаешь какой? Ты самый… – она запнулась, но он не следил за ее словами, просто смотрел на нее, и сердце сжималось от счастья, и, чего-то такого, чего он страшно боялся.
     – Почему ты боишься?
       Вика подлила ему в чашку кофе и, встав, достала из старинной витринной горки странную бутылку. На ней было выдавлено какое-то изображение.
       Владимир уже осмотрелся, и особого значения не придал стеклянному сосуду. А она, опять улыбнувшись, сказала уже живо:      
     – Мы разговариваем  о чувствах, но у нас выходит это не сладко. Добавлю в кофе бальзам – ему пятьсот лет.
     – Сколько? Удивился Владимир.
     – Пятьсот! Соня из древнего графского рода, у нее много разного, – Вика лукаво подмигнула. – Будет веселее, и мы потанцуем.
     – Я готов на все!
     – Знаешь, ты больше не произноси этих слов! – отреагировала Вика довольно резко. Это никак не вязалось с ее, только что нежной улыбкой.
     – Извини, я обидел?
     – Не люблю этих слов: готов на все! Это рабское понятие безвольного человека. Если б ты знал, сколько я раз их слышала.
     – Где? – вырвалось у него.
     – Не важно! Слышала и все! Эти слова говорят только об одном: о подчинении одной особи – другой. Тебе это не идет. Ты совсем другой! – Вика подлила бальзам и передала Владимиру чашку.
       Тот отпил глоток. Такого аромата он еще не ощущал. Более того, Владимир даже представить не мог, что такой вкус может существовать.
     – Словно божественная амброзия! – удивленно глянул он на Вику.
      – Она и есть!
       Положительно Вика этим вечером была сплошным сюрпризом. Она невзначай произносила слова, которые могли обескуражить любого человека. Не то утверждая, не то намекая, не то отрицая – она затрагивала темы очень странные. Владимир это заметил, но он был влюблен, влюблен, возможно и в эту загадочность, и в эти странности, и вообще, в ее, такую необыкновенную.
      А Вика сидела, словно невеста в своем умопомрачительно элегантном белом платье, и не сводила с него глаз, как и он с нее. Подол платья был в том состоянии, которое наглядно подчеркивало божественную сущность женщины и открывало его взору такое, от чего не смог бы устоять ни один мужчина. Она не стеснялась, но заметив его замешательство, встала и пригласила на танец.
      Уже потом, после завораживающего Аранхуэсского концерта Хоакина Родриго и Адажио Бенцони, она попросту взяла и сбросила с себя платье, а затем и все остальное.
     – Как же долго я тебя ждала! – прошептала Вика, и они погрузились в бездну любви. Лишь, иногда, в сладостном неистовстве любовных утех, ему, словно издалека, доносились слова: – Как долго я тебя ждала! Века!..
       Проснулся Владимир рано. Вика спала, положив голову ему на грудь, и от этой трогательной идиллии сердце витало в садах Эдема. Тело ее, соприкасалось с его телом, и он ощутил, нечто такое, что, внезапно, пробудило в подсознании далекое и забытое.
       Ему вдруг показалось, что все это – уже было, в далеком прошлом. Но когда? Когда? Он не знал, но было!
       Состояние «Дежавю» не покидало Владимира и заставило подняться. Он осторожно пододвинул Вике подушку и тихо встал. В углу на письменном столе лежала раскрытая старинная книга. Рядом стоял компьютер. Он подошел – экран монитора засветился. Владимир не трогал его, даже не дышал в его сторону, но тот сам засветился. В глаза бросилась набранная страница с текстом. Невольно прочитал:
     – «Они встретились на переходе улиц Прорезная и Пушкинская. Он поддержал ее за руку, когда каблук, несколько выше размером, чем необходимо на его взгляд, взял и надломился. Молодая женщина споткнулась и, наверное, упала бы, но Владимир подхватил незнакомку под руку и… и, все закончилось благополучно. А может ей ничего и не угрожало, но случай родил повод, а тот стал тем толчком, который предопределен судьбой в нашей жизни…».
       Владимир оторопело перевел взгляд на Вику. Она – не спала. Не стесняясь, загадочная и таинственная, она сидела обнаженная, и глядела на него бездонными, как Космос, черными глазами.
     – Кто ты? – вырвалось у Владимира.
     – Женщина, которая тебя любит!
     – А еще кто?
     – Я следую за тобой веками!
       Прозвучало это так просто, что он глянул на нее и, вернувшись на кровать, обнял божественное творение. Она прижалась и затихла на груди.
       Молчали долго. Владимир ощущал ее тело и невольно стал ласкать. Упругие груди волновали: манили, как два бутона прекрасных роз. А она, странная и загадочная, дарила ему свою любовь, которую когда-то Творец заложил в основу существования всего живого и разумного в Этом Измерении.
       Уже после страстных любовных игр и объятий прозвучал вопрос, который не мог не прозвучать:
     – А что дальше?
     – Будет только наша любовь, – послышалось, словно дуновение ветерка.
     – Это долго продолжается?
     – Очень.
     – И ты всегда меня любила, то есть любил?
     – Всегда любила! – Вика подчеркнула эти слова. – Всегда любила и следовала за тобой сквозь века.
     – Ты знала все наперед? И роман, ты не писала, а просто читала?
     – Его написал один мудрец, знающий будущее. При помощи книги на столе, я тебя всегда вижу, в каком бы ты времени не был!
     – Кто я?
     – Мой любимый!
     – И ты моя любимая на века, но кем я был?
     – Царем гикосов Вархаром, фараоном Хуфу! Александром Македонским! Королем Артуром! Крестьянским вожаком поднявшим бунт против графа Барселоны. Художником Боттичелли и даже курфюрстом Саксонским – Августом.
     – Да? – односложно отреагировал он. – А по мне, не скажешь. Девять жизней как у кота!
      Вика не удержалась и рассмеялась, прижавшись к нему.
     – Послушай, а в книге есть, как мы с братвой подрались?
     – Есть!
     – И кот Мурчик-Мурлыка, точнее кошечка – тоже есть?
     – И она!
       Вика вдруг замурлыкала ему под ухом.
     – Это была ты?.. – рассмеялся Владимир.
     – Я!
     – Хорошо, а что же произошло с енакиевской братвой?
     – Мы уничтожили треть банды: остальная сбежала.
     – Мы, это кто?
     – Соня – дочь графа Калиостро, и еще несколько близких мне воплощений.
     – Они личности из прошлого? Ведьмы?
     – Как и ты! Только ты, мой любимый, а они – мои подруги! И они не ведьмы, а женщины, которые «ведают», то есть обладают Знаниями Вселенной!
     – Понимаю и принимаю! Ночная буря, ваших рук дело?
     – Да, девчата расшалились на Лысой горе – пришлось угомонить. Ну, заодно и обезопасить вашу мастерскую в Киеве.
     – Хорошо, а что дальше?
     – Я дождусь тебя, и мы на этот раз навсегда уйдем вместе в другие миры.
     – Но, я человек, солнышко. У меня мать, друзья – я не могу все это бросить.
     – Ты и не бросишь. Я никогда не сделаю тебе, твоей матери больно. Мы доживем до глубокой старости, если…
     – Если?
     – Если, мир останется после 21 декабря 2012 года.
     – Ты не знаешь, что будет?
     – Не знаю!
     – Кто знает?
     – ОН!
     – Вика указала наверх глазами.
     – А КНИГА? – Вскочил Владимир с кровати.
     – Читать нельзя! – поспешно захлопнула Вика книгу взглядом.
     – Причина?.. Причина во мне?
     – И да, и нет! – уклончиво ответила она.
     – Ты пришла за мной! – вдруг дошло до Владимира.
     – Я не Смерть! Я не могу приходить за кем-то, я всегда рядом с человеческим миром.
     – Ты все плохое, что есть у людей, ведь так?
     – Ты во мне это заметил?
     – Нет, конечно!
     – Так в чем же дело? Тебе плохо со мной? Ты меня не любишь?
     – Я отдам жизнь за нашу любовь! – вырвалось у него.
     – Предупреждала тебя, не говори так!..
      Ее голос заглушил раскат грома: сверкнуло сразу двенадцать молний. Ударили в Днепр и по Трухановому острову. Трансформаторная будка на острове разлетелась, словно ореховая скорлупа.
       Вика напряглась, черты лица немного исказились. Нет, они по-прежнему были прекрасными, но в ней, что-то происходило.
       Владимир смотрел на любимого человека, готовый прийти на помощь.
     – Что с тобой, сердце мое?! – тревога на лице была столь неподдельная, и это помогло ей. Она боролась с чем-то, или с кем-то, а может сама с собой. Через несколько секунд ей это удалос,ь и она немного усталым голосом произнесла:
     – Думала, ты не скажешь больше этого, узнав, кто я!
     – Мне все равно, кто ты! Я люблю тебя! При нашей встрече я говорил, что твое лицо мне знакомо и не ошибся!
       Она встала, и, взяв бутылку, налила бальзам в изящные стопочки из граненого стекла. Молча, передав ему одну, чокнулась и выпила залпом. Прошло минуты две, и Виктория, сев в кресле, вымолвила с болью:
     – Я никого не принуждаю, никого не соблазняю – все это церковники выдумали! Я ангел, но не падший, я ангел ИСПОЛНЕНИЯ, как джин из бутылки. Сказав мне: «Я отдам жизнь за нашу любовь», ты дал мне право забрать твою душу. Понимаешь?.. Ты, как бы попросил!.. – она смотрела в глаза любимого человека, вкладывая в каждое слово сердце.  
     – Фараон Хуфу, Александр Македонский и другие твои реинкарнации знали: для совершенствования человеческой души ТВОРЕЦ заложил в человека два «Я». Одно – негативное, другое – позитивное! Человек взрослеет и на него влияет окружающая среда: родители, учителя, жизнь. Он должен учиться, а, значит, совершенствовать свои духовные силы. Негативное «Я» – превращается в ЗЛО и толкает на отвратительные поступки, позитивное – в ДОБРО, и сеет вокруг себя плоды разума и благоденствия! Я вынуждена служить первому «Я», другие ангелы – служат второму. Но, не я, как изображают ваши ханжи-церковники, толкаю человека на неблаговидные действия. Это – в нем с момента рождения, то есть жизни, которую ему дал ТВОРЕЦ. Это борьба противоположностей, без этого не могла бы существовать разумная энергия, то есть душа. От того, какое из двух «Я» больше разовьется в человеке – зависит, какая энергия занимает главенствующее положение в телесной оболочке и вселенском индивидуальном центре, которое мы воспринимаем как мозг. Это компьютер, в который заложены программы, но, только человеку дано совершенствовать их, либо уничтожать, сводя эту энергию до уровня деградации, когда она перестает быть нужной.
     – А как же всепрощение! Как отпущение грехов?
     – Человек может ошибиться раз, два, три, десять раз, но, он не должен превращать ошибки в систему! Это, я и контролирую! Ошибки нужно исправлять и, если этого не происходит, если тонкая энергия души не совершенствуется – такие попадают не в мой АД, а место, которое СОТВОРИЛ ГОСПОДЬ. Мы не можем поступать вопреки ЕГО ВОЛЕ – этот бред придумали, опять же несовершенные человеческие верования! Я не могу кого-то соблазнять благами и совращать – мне это не позволит ГОСПОДЬ, да и не моя это суть!

     – Но любовь – это чувство…
     – Хочешь узнать, как оно во мне возникло? – прервала его Вика. – Я сама не знаю. Когда-то, очень-очень давно, много тысяч лет назад, я встретила тебя в огненном и водном вихрях. Тогда гибла очередная цивилизация! Ты кричал такие слова, что мне нужно было забрать тебя, но… но, я не забрала, и не дала этого сделать Смерти!.. С того времени мое сердце осталось навсегда с тобой! Моя любовь к тебе искренняя, потому что во мне женское начало, а не мужское.
     – Ты такое говоришь! Кто я?

     – Я уже говорила, большего сказать не могу!
     – Хорошо! Что с тобой только что происходило и откуда молнии?!
     – Один неосторожный человек, догадайся, кто?.. Только что пожелал отдать жизнь ради любви!
     – И?
     – Я ангел ИСПОЛНЕНИЯ и должна была забрать твою жизнь!
     – То есть, ты не забрала ее и во второй раз! – констатировал он.
      Владимир слушал ее, а бальзам был действительно божественной амброзией, потому что все уже воспринималось спокойно, без эмоций. Жаль только мать! Как она без него?
     – С ней будет все хорошо! – послышалось в ответ.
     – Ты читаешь мысли?
     – Твой ангел ИСПОЛНЕНИЯ – обязан читать мысли.
     – Значит, все же за мной пришла!
     – Я пришла к любимому человеку и буду с ним столько, сколько ТВОРЕЦ отпустил ему земного жизненного пространства.
     – Но ты, что-то знаешь, чего не знаю я, раз появилась?
     – На твои действия не должно влиять знание будущего, но я уже изменила его.
     – Каким образом?
     – Десять минут назад, я не исполнила предначертания твоей судьбы. В ответ на твое желание: отдать жизнь за любовь, я не дала Смерти забрать ее у тебя и отдать твою душу мне.
     – Что тебе будет за это?
     – Мы дети ТВОРЦА и мы ЕГО исполнители: раз это случилось, значит, ОН ТАК ХОТЕЛ!
     – Но почему человек творит что хочет, а ты только выполняешь ЕГО ПРЕДНАЧЕРТАНИЯ?
     – Пока человек проходит многократные перевоплощения, он свободен в действии.
     – Тогда, человеком быть лучше – не хочу, чтобы меня контролировали! – проговорил Владимир, скорчив забавную рожицу.
       Вика, так и не оделась и ее вид обескураживал. На его слова она рассмеялась и, опять переместившись к нему, прижалась, и, поцеловав, прошептала:
     – У тебя осталось последнее перевоплощение!
     – Какое? – не понял он.
     – Не скажу!
       Они поженились через две недели. Такой красивой свадебной пары – давно не расписывали в ЗАГСЕ.
       По настоянию Екатерины Александровны, матери Владимира, их венчали в Церкви.
       На опасения любимого по поводу пребывания в храме, Вика только смеялась – все прошло отлично.
       Епископ Ужгородский, Кирилл, в миру Михаил Михайлюк – провел обряд во Владимирском соборе.
       Подружки Виктории чинно достояли до конца службы, и в этот вечер над Киевом сияло странное, но очень красивое сияние, что-то наподобие белых ночей в Санкт-Петербурге.  
       Мать дождавшись, наконец, невестки, которую сразу полюбила, словно родную дочь, недолго пребывала в материнском счастье: сказывалась гибель отца Владимира, кровоточащей раной подрывавшее здоровье. Воспитав достойного сына, как выразился на свадьбе один из главных редакторов газеты, в которой он работал, Екатерина Александровна в ноябре месяце, 16 числа – умерла с улыбкой и благословением сына и невестки на устах.
       Вика переживала ее кончину, как смерть очень близкого ей человека, потому что и сама полюбила ту, как мать. Но на сумрачный вид Владимира, после похорон произнесла загадочно:
     – Творец забрал нашу маму и соединил их с отцом в другом мире вовремя!
      Владимир посмотрел на нее и, обняв и прижав к груди, только и сказал:
     – Значит, это все же будет!
     – Будет, но не тогда, когда все ожидают! – шепнула она ему на ухо.
       Накануне 21 декабря над Киевом сверкали молнии, все дрожало, дрожало на всей планете. Земле и человечеству предстояло пережить Духовное Перевоплощение… Когда?.. Это знал только Вселенский Разум и… и Владимир, но позже, и из других Измерений: ангел ИСПОЛНЕНИЯ, в народе Дьявол, забрал его в тонкие энергии ТВОРЦА.

История cоздания стихотворения:

ПРОСТО ПИШУ ТО ЧТО ВОЛНУЕТ....

0
0


Понравилось произведение? Поделитесь им со своими друзьями в социальных сетях:
Количество читателей: 495

Рецензии

Всего рецензий на это произведение: 0.

Оставлять рецензии могут только участники нашего проекта.


Регистрация


Рейтинг произведений


Вход для авторов
Забыли пароль?
В прямом эфире
)))))))))))) интересное описание жизни. Особенно, зная подробности, угадывать их в стихах.
Рецензия от: Александр Богун
2020-09-22 17:19:53
Чисто ангел... Постараюсь почитать про наркотические вкусы Ленина, дай ссылку. Но сейчас некогда, ночью...
Рецензия от: Любина Наталья
2020-09-22 17:12:47
"Пусть подчеркнёт карантин
осени вкрадчивый ритм." - лучше бы осени его перечеркнуть )
Рецензия от: Сенилга
2020-09-22 17:10:04
На форуме обсуждают
Іван Лютий
Настоящие братья -- надежные союзники.

Не успели в Кремле остыть стульчаки после американских бомбардировщиков, как вновь полыхают, теп(...)
Рецензия от: Радонька
2020-09-22 15:43:47
Helgi Sharp
💥 РАНКОВЕ...
Фокін заявив, що війна на Донбасі почалася "через мовне питання", бо в Україні "переважна більшість (...)
Рецензия от: Радонька
2020-09-22 13:41:50
Все авторские права на опубликованные произведения принадлежат их авторам и охраняются законами Украины. Использование и перепечатка произведений возможна только с разрешения их автора. При использовании материалов сайта активная ссылка на stihi.in.ua обязательна.